Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
13:29 

He Bi Shi
сердце - две половины луны, но темная сторона всегда больше|人間五十年
Перевод интервью с Юмэмакурой Баку N2

2013/3/1 www.yurindo.co.jp/static/yurin/back/yurin_451/y...

Когда говорят «оммёджи», «Абэ-но Сэймэй», то сразу всплывает на ум имя «Юмэмакура Баку». Написанный сэнсэем Юмэмакура Баку «Оммёджи» (издательство «Бункэй щюнджю») превысил тираж в 100 миллионов экземпляров, стал лидером продаж и темой для разговоров в издательских кругах.
В сентябре прошлого (2012) года был завершен выпуск 4 тома «Песчаные врата: пир с демонами в стране танского Кукая» ( 沙門空海唐の国にて鬼と宴す ) (издательство «Токума щётэн» - «Книжный магазин Токума»). Это произведение впервые было опубликовано в «Научно-фантастическом ежемесячнике Приключение» (выходит дважды в месяц) в 1988 году. Эта монументальная работа издавалась в течении 17 лет.
Приглашенный сегодня сэнсэй Юмэмакура Баку пишет новеллы жанра «дэнки» (приключенческие истории), горные новеллы, новеллы о насилии, рыбной ловле, искусстве рукопашного боя и т. д. Сфера публикуемого творчества сэнсэя широка. «Песчаные врата Кукая» и прочие вещи представляют самое разное творчество. В настоящее время проживающий в Одавара писатель сохраняет равновесие между работой и развлечением, и, как нам приходилось слышать, он сохраняет его и в других устремлениях. Читатели попросили писательницу Аоки Чие понести обязанность по взятию интервью в колонке «Люди и творчество» нашей газеты.

۞ 17-летняя монументальная работа «Песчаные врата: пир с демонами в стране танского Кукая»

Аоки:
Что касается вашего последнего творчества, не исключая 17-летней монументальной работы «Песчаные врата...», вы пишете вещи ужасной длины. Расскажите нам, как писатель, каково писать это?
Юмэмакура:  
Если говорить о приключенческих новеллах, то пройти от некой одной отправной точки до другой - само по себе бесценно. Мне очень нравятся истории такого рода, когда целью является возвращение из длинного путешествия и в этом путешествии нужно выполнить еще какие-то задачи.
Источник этого интереса, вероятно, находится в моем детстве, когда я читал «Путешествие на Запад» ( 西遊記 ) и тому подобные книги. «Путешествие на Запад» - это сказание о том, как именуемый Гэнщё Сандзо (Сюань Цзан), реально существовавший буддийский монах отправился из танской столицы Чоан (Чанань) в Индию, чтобы получить священные сутры и вернуться.
Мои новеллы взяли многое из этого повествования. «Горные пики божеств» - это история поднявшегося на гору мужчины. Последующий рукопашный бой- это история типа недоверия/непрощения. Там же есть мотив самостоятельного превозмогания трудностей- прийти, сразиться, победить. Если рассуждать о желании взойти на вершину горы Эверест, то «Путешествии на Запад» - это то же самое, только нужно дойти до Индии и взять там сутры. Вот такая у этой истории структура.
Я сознательно взял в качестве основы легенды про Кукая. Я издавна задумал это, и однажды, вдруг воскликнув «Даёшь Кукая!», попав под влияние прочитанного в детстве «Путешествия на Запад», я решил написать собственную историю.

۞ Сюда вошло всё мое любимое - сражения, путешествие и буддизм.
Аоки: 
В «Песчаные вратах» Тачибана-но Хаянари, посланец из Японии в Тан, пересекается с Кукаем и попадает в круговорот мистических событий, которые имеют источником проклятие 50-летней давности. Возгордившийся от роскоши и благополучия, изгнанный из столицы Чанань во время смуты Онщи (восстания Ань Лушаня 755-763 гг.) Гэнщё Котэй (император Сюань Цзун) и погибшая насильственной смертью Ёу Кихи (Ян Гуйфэй) произнесли проклятия в последние минуты жизни. Потом на сцену выходит поэт Хакуракудзи (Бо Цзюйи) и прочие персонажи, потом злые духи рек и гор (чими-морё) собираются в шайку- вот такой величественный стиль сказания-моногатари.
Юмэмакура:
Сражения, путешествия, буддизм. Здесь собрано все мое самое любимое. В то время я писал вместе с Хидэюки Кикучи-саном произведение жанра дэнки-байорэнсу (приключенческий жанр+насилие), включавшее в себя «насилие и эрос».
Заказов на такое направление было много (думаю, ужасно, что я не писал другие вещи), у меня был сезон поспешных набросков. Я начал писать «Оммёджи» и сопутствующие ему произведения. Меня привлекали истории о всяких ёкаях и всяких демонах, об не встречающихся в обычной повседневности вещах, с которыми сталкиваются выдающиеся люди-мастера, разрешая проблемы. Это было время, когда я подумывал сделать нечто подобное самостоятельно. Но для этого должны были пройти еще 2-3 года.

۞ Сила Кукая, энергия, поддерживающая Чанань, воистину были огромны.
Аоки:
Итак, каковы причины того, что вы трудились 17 лет?
Юмэмакура: 
Я недооценил материалы о силе Кукая и города Чанань. Сила Кукая и энергия танской столицы Чанань воистину велики. Когда пишешь об этом, весьма недостает времени, числа страниц и подготовки.
Я уже начал место, которое можно обозначить как «Кукай, сражающийся с ёкаями танской столицы», и название для него уже было выбрано, но что же с тем местом, где он пирует вместе с демонами? История раздулась. Изучая материал, я писал по частям. История про Ян Гуйфэй тоже разрасталась: как родилась, как связалась с императором Сюань Цзуном и как умерла - я действительно не мог все это оценить.
Я никак не мог дописать разбухшую историю. Я закапывался в разные исторические события, и естественно, у меня теперь есть сожаления о потраченном времени. Когда мой замысел был выполнен наполовину, где-то в середине 3 тома, мне снова попалась одна вещь, которую я никак не мог выполнить. «Если я буду пытаться закончить историю, сколько лет пройдет?»
Я говорил себе «после 200 страниц - еще 200», а число страниц, наверное, уже превысило около 1000. Я не сразу заметил, что прошло уже около 17-18 лет.

۞ Образ вселенной Кукая и сопротивления магии- мои чувства и синхронность.
Аоки:
Интересно, как в путешествии Тачибана-но Хаянари и Кукая эти двое встретились.
Юмэмакура:  
Я рад, что у меня в «Оммёджи» вышли оба персонажа, однажды встретившихся и идущих плечо к плечу друг с другом, - Минамото-но Хиромаса и Абэ-но Сэймэй.
Аоки:
В сюжете имеются персоны, противопоставленные главным персонажам. Их сторона тоже интересна. Как у вас получается передать такую глубину?
Юмэмакура: 
В «Оммёджи» главные персонажи похожи на Шерлока Холмса и доктора Ватсона, два или три раза я отчетливо это осознавал. В «Кукае» подобного ощущения у меня не возникало. Просто писать новеллу об Масанари (逸勢 ) одно удовольствие. Хорошо бы задать этот вопрос господину Масанари.
Аоки:
Образ Кукая немного отличается от образа Абэ-но Сэймэя, в экстренной ситуации он сильно напрягается. Сравнивая их, подводим итог: это тип людей, которые сталкиваются с различными событиями и достигают своей цели в путешествии.
Юмэмакура:
Что касается образа, то Абэ-но Сэймэй отличается тем, что страдает меньше. Например, если взять его подобие Холмсу, то круг страданий Кукая улаживается, но это не конец; у такого персонажа, как Кукай, чувства еще долго не могут успокоиться.
Что касается Кукая, то с самого первого момента он, ничего не понимая, управлял человеческими сердцами, делал различные вещи, а затем сам поплатился за легковерие. В этом была необходимость- ему самому нужно было почувствовать себя бессильным одиноким монахом. Но что здесь с буддизмом- в истории с Кукаем не обговаривается, и эта история не заканчивается.

۞ Тема Ян Гуйфэй вышла интересной.
Юмэмакура:
Мне нравилось писать про Ян Гуйфэй, но что поделать, если внутри меня это утихло? В этом цикле почти нет женщин. Только Ян Гуйфэй. Если не брать ее в расчет, то можно упомянуть разве что окружающих ее подруг. У меня есть чувство, что в конце концов суть Ян Гуйфэй не искривилась. Как персонаж она радует меня, ведь после безумия она как бы пропадает и идет до победы или поражения. В итоге я впервые смог закончить.
Аоки:
Оказывается, изначальный образ Ян Гуйфэй отличался от конечного.
Юмэмакура:
Если подумать, то снова ожить, будучи в возрасте… Получившийся образ Ян Гуйфэй становится интересным из-за этого факта, он хорош как тема. Когда понимаешь это, сосредотачиваешься и начинаешь писать более аккуратно.

۞ Встреча Кукая и Хакуракудзи/Бо Цзюйи , живущих в одном городе
Аоки:
«Звено» соседа Бо Цзюйи в новелле тоже интересное.
Юмэмакура:
При чтении разных материалов я заметил, что они рассказывают о Бо Цзюйи по большей части как о современнике Кукая. Когда Кукай проживал в общежитии храма, именуемого Саимёджи (Западный Светлый Храм), пришел Бо Цзюйи. Поселившись внутри одних и тех же укреплений Чанани, они пошли посмотреть на древесный пион. А там уже Бо Цзюйи и Кукай никак не могли не встретиться.
Саймёджи был знаменит древесным пионом, каждый год сюда приходили люди, желавшие посмотреть на цветение. Естественно Бо Цзюйи несколько раз тоже приходил. Документов о встрече нет, в научном отношении ничего не написано о том, чтобы эти двое встречались, но для новеллы того факта, что они жили в одном городе, уже достаточно. * смех *
Аоки:  
Когда вы дописали, у вас наверняка было чувство, что вы ужасно многого достигли.
Юмэмакура:
Сперва я увидел, что написал почти на 10 см больше. А потом как будто барабаны-тайко загремели и труба запела.

۞ Хорошо, когда все стоит на своих местах
Аоки:
Когда расставите все по местам, сюжет уже выбран, не так ли?
Юмэмакура: 
Когда пришел в Сэирюджи (Храм Лазурного Дракона), от храма уже не осталось даже руин. Когда-то это был великолепный храм, но на поверхности земли ничего не осталось. Только хлебное поле. Внутри поля был поставлен памятный камень с надписью о руинах Сэирюджи, и Кукай приходил сюда, к месту, где был поставлен камень. Потом обнаружилась черепица и тому подобные вещи, они были выставлены напоказ. Начав всерьез копать там, наверное, и вытащили подписанный Кукаем камень.
Аоки:
Когда сумеешь все расставить по местам, взаправду новый сюжет сильно отличается от прежнего.
Юмэмакура:
Отличается.
Аоки:
Так как первоначально собранного материала было недостаточно, вам пришлось собирать его на месте?
Юмэмакура:
Нет, я поехал ради удовольствия. Здесь, конечно, есть такое: не пойдешь на место событий - не напишешь, действительно нужно пойти посмотреть собственными глазами. Пойти и посмотреть - это непременно хорошее дело, а будучи хорошим делом, уже что-то изменит; как и ожидается - на тебя что-то влияет, что-то привязывает твое сердце. С руинами или без, эта поездка вызывала бы чувства. Мне было бы одинаково хорошо, если бы я увидел здание, пустошь или хлебное поле.
Меня потрясли те места, где Ян Гуйфэй вместо ванной нежилась в пруде Кисэй-кю (Пруд Цветения и Чистоты). Иногда со мной случались какие-то стихийные, невозможные вещи: так, придя во второй раз на одно место, я увидел, что там была установлена статуя Ян Гуйфэй. В древности сюда приезжали зимой со всей Чанани ради горячих источников. Император Сюань Цзун и Ян Гуйфэй тоже приезжали сюда. Из-за политики всю Чанань, ставшую политическим центром, решили полностью перенести сюда. Потому сооружениями покрылись все горы. Как я видел на старинных картинах, прямо внутри гор было построено нечто, выглядящее как храм.

۞ Было ли влияние еще кого-то, кроме Кукая?
Аоки:
Обнаруженные в мавзолее Цинь Ши Хуанди терракотовые воины тоже вышли похожими на ёкаев.
Юмэмакура:
Терракотовые воины дважды выходили (???). Когда реконструкция строительства еще не закончилась и покрывали кровлей крышу, помещение внутри было похоже на огромный спортзал.
Аоки:
Материалы по Кукаю были взяты из Китая. Были ли проблески кроме этого?
Юмэмакура:
Если кроме Кукая угадываются другие влияния, я рад. В Юннани был найден один целый динозавр. Хирага Гэннай (平賀源内 ) ради того, чтобы написать историю про динозавров, поехал в Юннань собирать информацию про них; проживя месяц в хижине, он смог увидеть исчезнувших с поверхности земли динозавров, поднятых обратно на поверхность.
В процессе поиска материалов, я также смог найти истоки пятиконечной звезды (五芒星 гобо:сэй) Сэймэя, действительно в Юнанни что-то такое понял, это чрезвычайно интересно.
Когда я поехал туда, на меня стали «падать» разные вещи, и я смог подобрать идеи. Если б я сам не приехал, это было бы невозможным.

۞ Пересечение в «Оммёджи» героев-женщин культуры «Гэндзи-моногатари» и героев-мужчин
Аоки:
«Оммёджи» стал большим «бумом», Абэ-но Сэймэй обрел известность. В этой серии собраны истории про Абэ-но Сэймэя - оммёджи, принадлежащего к Министерству Инь и Ян императорского дворца. Его сила удивительным образом сочеталась с силой мастера игры на флейте Минамото-но Хиромасой. Они разрешали проблемы с душами умерших, демонами и тому подобными существами, с таинственными событиями, возникшими в жизни Хэйан, удивительными и многообразными способами.
Юмэмакура:
Истории про Абэ-но Сэймэя и Кукая я писал одновременно, потому они идут друг рядом с другом, объем работ тоже приблизительно одинаков. Абэ-но Сэймэй и Кукай различаются, но часть этого тянет на себе Минамото-но Хиромаса.
Истории про Абэ-но Сэймэя и Кукая я писал одновременно, потому они идут друг рядом с другом, объем работ тоже приблизительно одинаков. Абэ-но Сэймэй и Кукай различаются, но часть этого различия тянет на себе Минамото-но Хиромаса.
Хиромаса и Сэймэй имеют дар - быть изнаночной и лицевой стороной одного целого. Когда я писал про них, понял, что Минамото-но Хиромаса и Абэ-но Сэймэй владели по сути одинаковой способностью. Это удивительное открытие. Только силы, которой владел бы сам по себе Хиромаса, нет. Хиромаса только бессознательно играет на флейте, и от этой игры на демонической флейте может управлять духами неба и земли, но Хиромаса делает это без осознания.
Например, однажды в дом Минамото-но Хиромасы пробрались воры, стали брать домашнюю утварь. Тогда он впервые заиграл на музыкальном инструменте, называвшемся флейтой-хичирики, заиграл прямо удивительно. Это услышали воры. «Мы собрались воровать вещи у действительно удивительного человека», - подумали они и вернули украденное. Хиромаса имел силу всего-то навсего играя на флейте подчинить себе сердца воров.
Следующий случай - когда демон украл биву Гэндзё. Я писал про то, как ее возвращает Абэ-но Сэймэй, в Конджяку-моногатари же это делает Минамото-но Хиромаса. Также не было сражения за возвращение бивы: тихо ожидающий на воротах демон сам вернул ее. Хиромаса стоял напротив врат Радзё, наверху играла бива. "Разве это не бива императора, Гэндзё?" - только и спросил Хиромаса. Затем Гэндзё была связана веревкой и легко спущена с ворот вниз.
У меня была беседа с Хаяо Каваи (河合隼雄 ) в «Сходстве нашего метода лечения и эпизодов с чрезвычайными ситуациями в «Кондзяку-моногатари»». Чтобы обратиться к сердцу ребенка-аутиста, не требуется борьба с ним. Неожиданно, тихо сердце демона подчиняется Хиромасе, и сам Хиромаса не понимает, что это потрясающе.
Абэ-но Сэймэй управляет демонами сознательно. У обоих одна сила: с одной стороны сознательная, с другой стороны- бессознательная. Но популярность Абэ-но Сэймэя этим не исчерпывается.
Аоки:
Какая структура у произведения с двумя главными героями?
Юмэмакура:
Во всех историях обычно сначала приходит Хиромаса. Он начинает издалека удивляться и восторгаться. Это важный элемент жанра дэнки-байорэнсу (приключение+насилие), а также это дает возможность войти в произведение аромату эпохи Хэйан.
Аоки:
Вызвал ли «бум» новые причины для творчества?
Юмэмакура:
Нет, «бум» не вызвал к жизни вторую силу писать. Первая же- это сила, поддерживающая творчество. Эта отрицательная сила хороша только для творчества, а не для чего-то иного.
«Оммёджи» - это в первую очередь жанр дэнки-байорэнсу. Обычно это мужское чтение, история, в которой есть сильные герои - плохие парни и плохие ёкаи. Эти персонажи давно связаны друг с другом, еще со времен устных рассказов Мэйджи. Перенимают это течение и манга, и новеллы. Это усмирение героем чудовищ.
Еще одна тенденция - из «Гэндзи-моногатари». «Гэндзи-моногатари» было популярно еще в эпоху Хэйан, в эпоху Эдо популярность стала еще выше, то же с временем Мэйджи. В наше же время эта популярность является глубоко укоренившейся, пришедшей из эпохи женщин-писательниц. Внутри сёдзё-манги и сёдзё-новелл, находящихся на втором плане, эпоха Хэйан всегда пользовалась спросом. Женщины поддерживали эпоху Хэйан, культура «Гэндзи-моногатари» проложила себе русло сквозь время.
Итого, для мужской аудитории есть линия героев, которые усмиряют чудовищ. Думаю, я не ошибаюсь в этом. А в журналах для женщин, находящихся на втором плане, есть страницы для культуры, любимой женщинами. Потому-то Абэ-но Сэймэй «синхронен», удовлетворяя сразу запросы мужчин и женщин.
Почему получилась синхронность? Она исчерпывается прекрасной внешностью Абэ-но Сэймэя. Абэ-но Сэймэй описан красивым человеком, Хиромаса же описан как бесхитростный хороший мужчина. Это тоже важный момент в жанре дэнки-байорэнсу. Несмотря на присутствие темы усмирения ёкаев, сюда входит утонченный аромат эпохи Хэйан. Еще красивый в художественной прозе Абэ-но Сэймэй обольщает своим визуальным воплощением в манге Окано Рэйко. Другим важным моментом стала сама по себе популярность образа Абэ-но Сэймэя.

۞ Я издавна любил авантюры, искусство рукопашного боя и мангу

Юмэмакура:
Не могу сказать, что я очарован мангой Итагаки Кэйскэ. До сих пор я принимал разные свое новеллы в виде манги. Манга «Оммёджи» была полностью продана, сама суть новелл была продана вместе с ней. Спрос на боевые виды подталкивал меня сзади. Читателей манги прибывало, но от этого люди меньше читали новеллы.
Аоки:
Новелла «Гаро-дэн» (餓狼伝 - «Легенда о Гаро» или «Легенда о голодном волке» ) - это тоже новелла о том, как бить, бить, бить и т. д., ее экспресия также интересна.
Юмэмакура:
Я пишу «бил, бил, бил» приблизительно по 5 строчек.
Я вижу потребность держаться непредвзятости в сценах с боевыми искусствами. Оборвать ток сознания и 2 страницы писать как с чистого листа, описывать нанесение ударов летя на отсутствии сознания, время от времени включая только короткие, простые слова. Постепенно количество простых слов увеличивается, время для этого боя заканчивается, и, чтобы вернуть сознание, я пишу обычный художественный текст. Боевые сцены пишу в разных стилях. Когда бьют по щекам, звуки «мичи-мичи» медленно наполняют текст, пока не потечет кровь, я продолжаю расходовать так все страницы. А в мире «Гаро-дэн»,думаю, мое описание боя слишком разошлось.

۞ Произведение «Горные пики божеств» ( 神々の山嶺 ) из цикла «Оммёджи» своей насыщенностью, полнотой сделало вас признанным писателем.
Аоки:
Каждая творческая работа, написанная вами, - потрясает. Во всяком случае, сфера, которую вы охватываете каждой работой, широка. Уже давно интерес к вашим произведением поддерживается внутренним разнообразием.
Юмэмакура:
Это не сильно изменится. Я давно люблю вещицы с авантюрами, искусство рукопашного боя и мангу. Насчет того, что делаю сейчас, чувствую то же самое.
Аоки
Горы вы тоже любите, не так ли?
Юмэмакура:
Когда я писал, я пребывал как во сне и не очень-то все понимал. Мне кажется, что даже не смотря на то, что я дописал эту вещь 10 лет назад, если я начну сейчас снова писать, меня снова признают, как писателя.
Когда все истории, подходящие к жанру дэнки-байорэнсу, только начинали обретать признание, я писал «Лев, съевший первую четверть луны» (上弦の月を喰べる獅子 ), похожее на вещи Миядзава Кэнджи (宮沢賢治 ). Я экспериментировал, продажи «Оммёджи» достигли предела, и благодаря насыщенности «Горных пиков божеств» я получил так называемое признание в качестве писателя.
Аоки:
Вы добрались до Непала ради сбора материала для горных рассказов. Но, закончив писать, вы более не писали горных историй. Все, что было вами сказано от начала до конца, можно расценивать как постскриптум?
Юмэмакура:
Как-то так. У меня есть чувство, что надо писать собственные вещи. Но пришло время и для других ощущений. У меня больше не выйдут горные истории. Когда закончились «Горные пики божеств», появилась возможность проводить время на открытом воздухе. Хожу если не в горы, то на рыбалку.

۞ Даже когда время подойдет к концу, всегда и везде буду писать. 
Аоки:
Как говорится, «писать- быть с тростью». Сейчас ваша месячная производительность в пределах 400 знаков, от 200 до 300 страниц где-то.
Юмэмакура:
Да, это так. Примерно так. Думаю, писать по 300 страниц- приемлемо по объему.
Аоки:
Однако, если нужно еще и рыбачить...
Юмэмакура:
Мне удобно писать в любом месте. Если я иду на рыбалку, там же и пишу. Если вижу, что мое тело не предрасположено к такому обращению, то пишу перед тем, как рыбачить. Я могу писать где угодно и когда угодно, мой организм к этому расположен. Если у меня появляется история, то я могу прекратить рыбачить. Если я ловлю в дневное время, то могу работать над текстом ночью. Или же так могу: работаю до полудня, а во 2 часу дня ловлю рыбу. Если я иду с приятелями, то могу сказать им: «Пошли на рыбалку пораньше».
Аоки:
 Ваш стиль?
Юмэмакура:
Я имею свой стиль. Я могу писать в самых разных местах- в театре Кабуки или слушая пианино Кита Джаретта.
Аоки:
Вы чувствуете, что время вас подгоняет?
Юмэмакура:
Ну как же. Когда время загнало меня до этого возраста, я до последнего времени не ощущал каких-то изменений. Я писал, как обычно, внутри поезда. В машине нельзя пить, потому я творил, стоя на платформе токийского вокзала. Я не прекратил выдумать в автобусе, и даже на лестнице придумал кое-какие линии. Как-то быстро. И рукопись не выглядит плохой.

۞ Как вы отдыхаете во время работы?
Аоки:
Ваш разум всегда ясен?
Юмэмакура:
Когда возраст взял свое, степень моей активности изменилась. Мне нравится, как было у господина Осаму Тэдзуки (手塚治虫 ). Он был полностью погружен в творчество, писал гораздо больше нормы, но когда он умирал, его творчество сошло почти на нет. Умирать- хорошо. Умер- и слава богу, таких случаев много. Но какого человека ни возьми, само его тело это не принимает и не понимает. Умереть- нормально, мне так говорит мой личный опыт.
Аоки
Если не отлучаться из дома, то замечаешь, что напротив стола время удлиняется.
Юмэмакура:
Для меня это неприемлемо. У меня появляются огромные внутренние противоречия, и я начинаю писать уже против воли. В самом деле не могу иначе, хотя обычно ищу повод поотлынивать. Поскольку сидя лучше не работать, я снова не делаю это, я снова не делаю то, а еще, так как сегодня день продаж «Молодежного журнала» ( 少年マガジン ), надо бы его почитать… Но когда все такие занятия у меня, увы, закончились, ничего не поделаешь- надо что-то делать.
Ненавижу работать. Но писать рукописи люблю. Противоречие есть и противоречия нет, потому, чтобы убить время, мне нужно писать, только вот объем надо бы сократить. Творчество подобно болезни: не скажешь, что кто-то из пишущих может закончить писать, только сократить масштабы работы. В случае же, когда работы нет, многие могут и не писать.
Аоки:
Рыбалка и развлечения ощущаются вами как занятия первой необходимости?
Юмэмакура:
Как сказать. В последнее время я чувствую себя полностью удовлетворенным, завершенным. Когда-то я наигрался вдосталь, до смерти. Когда работа чуть не довела меня до саморазрушения, это было знаком. Сейчас нет особой разницы, работа или развлечение, все это постепенно затухает для меня.

 ۞  Я чувствую изумительную дистанцию между Одаварой, в которой я родился и вырос, этим хорошим местом, и Токио
Аоки:
Между прочим, в Юриндо 25 июня на 5 этаже станции Одавара открылся «Магазин Одавара Аляска». Вы родились в Одаваре и жили в Одаваре. Эти места оказали влияние на вас и на ваше творчество?
Юмэмакура:
Что касается Одавара, то приезжающие извне люди называют этот городок консервативным. В разных значениях это действительно осталось так. Но мне нравится. Одавара сильно не меняется. Мои любимые места полностью сохраняются. Если Одавара будет изменяться, я бы хотел, чтобы изменения были постепенными. Хорошо, когда нет туристов.
Одавара- хорошее место, Токио потрясающе отличается от него. При поездке из Токио я только мельком увидел Хаконэ, и тут шинкансэн остановился. Мы сделали по линии Яманотэ полный круг, и в то же время въехали в Токио. Синкансэн ехал 37 минут по Токио. Тогда же я делал покупки в Токио. Но расстояние равнялось от 80 до 100 км, и я начал думать, что ненавижу Токио.

 ۞ 25 лет «Химера» ( キマイラ ) продолжала оставаться на сцене Одавары.
Юмэмакура:
Перед моими глазами стояла бухта Сагами, в окрестностях Хирацука вода становится очень красивой, море тоже красиво, и на границе двух рек, Саякава и Сакавагава, стоит городок Одавара. Поперек Хаконэ, в его тыловой части, есть горы Тандзава, река Сакавагава пересекает центр равнины Ащигара. Мне нравится описывать происшествия в природной среде- рядом с морем, среди гор, среди рек. Город тоже находится поблизости. Почему бы и не написать о таком изумительном месте.
Кроме того у призамкового города есть своя история. Среди токийский топонимов есть много происходящих от Одавары. Например, Итабащи или Огикубо. Во времена, когда Ота Докан (太田道灌 ) возводил в Эдо город, одаварские топонимы и остались в Токио. Как город Одавара стара. Может быть, в Одавара проживал Иэясу.
Аоки:
Что вы писали про Одавару? 
Юмэмакура:
Около 30 лет назад я начал и так не закончил серию «Химера», в которой главным местом действия является Одавара. Эта история про красивого юношу, который учиться в старшей образцовой школе Одавара, этот юноша не принадлежит к нашему миру, в нем скрывается дикий зверь. Прошло около 25 лет, теперь лень дописывать. Так как сцена действий в этой истории местная, я знаю все углы этой земли, то мне не нужно собирать материалы, и это хорошо. Но пейзаж изменился с тех пор, когда я начал писать 25 лет назад. Например, есть сцена, в которой главный герой взбирается на стену, а этой стены больше нет.

۞ Сегодня вас читают сотни учеников средней и старшей школы
Аоки:
Ваши книги - подходящее по объему чтение для сотен молодых людей
Юмэмакура:
Сейчас нет тех сотен читателей, я думаю. За один день 2 книги читаются, что для учеников средней и старшей школы многовато. А число читателей среди тех, кто пошел в университет, крайне сокращается.
Аоки:
Такой порядок очевиден.
Юмэмакура:
На самом деле в сфере развлечений не так уж много публики, которая любит литературу и читает. Сейчас есть люди, совершенно прекратившие читать.
Аоки:
О каких книгах вы говорите?
Юмэмакура:
Шпионские повести и научная фантастика, между которыми изначально не было разницы, Холмс, Эллери Куин, Агата Кристи, подобный им Беляев.
Если говорить о чтении целых сборников, то в мое время было много юношеских изданий, полных собраний сочинений научной фантастики. Примерно на 3 году средней школы я разыскал «НФ-журнал»( SFマガジン ), начал читать научную фантастику Саякавы. В то же время у меня был Эдгар Райс Берроуз, написавший «Тарзана». Я многое читал. Например, господина Щиничи Хощи (星新一 ).
Аоки:
В то время вы уже читали Дзэами (世阿弥 ) или Уэда Акинари (上田秋成 )?
Юмэмакура:
 Я любил Уэду Акинари. В частности, мне очень нравились истории вроде «Котелок из Кибицу» ( 吉備津の釜 ) и «Сказание о полной луне и дожде» ( 雨月物語 Угэцу-моногатари, видимо, это «Луна в тумане» в России). Среди западного мне нравятся мифы Греции и Рима.
Аоки:
Что в первую очередь повлияло на ваше творчество?
Юмэмакура:
«Путешествие на Запад»и «Огненная птица», пожалуй. Потом сборник стихов Миядзавы Кэйдзи.

۞ В своих новеллах я собрал катарсис от историй со всего мира.

Аоки:
Пожалуйста, сделайте обзор своей дальнейшей работы
Юмэмакура:
Сейчас издательство «Книжное окно» ( 本の窓 ) публикует по частям «Легенду о динозавре в Оэдо» ( 大江戸恐龍伝 ). Раз это уже стало книгой, я думаю, можно говорить о ее конце. Хирага Гэннай отправился на южные острова, чтобы поймать динозавра. Он выставил динозавра как достопримечательность в городе Эдо, а динозавр убежал и принялся бушевать. Это «Годзилла» в период Эдо с Хирага Гэннаем в главной роли.
Этот трюк ужасен, но интересен, потому написание затянулось. В обычных книгах уже давно вмещается около 1-2 книг, но у меня уже вместится 29, и оно все пребывает. Я почти написал 700 страниц, а Геннай еще только в самой середине, использует электрогенератор. (Хирага Гэннай действительно изобрел электрогенератор в период Эдо)
Аоки:
В книгах сэнсэя много интересных устройств.
Юмэмакура:
Порядком. Здесь неопытному в истории эпохи Эдо новичку без исследований писать никак нельзя * смех *. Хорошо быть тем, кто не пишет: можно только исследовать, где выкапывались вымершие динозавры. Я вправду начал понимать чувства динозавров.
Хочу порадоваться, что всегда даю вам повод для удивления.
Аоки:
Что вы хотите донести до своих читателей?
Юмэмакура:
Я не хочу ничего такого доносить, великих идей нет. Только много сервиса. Если быть последовательным, я хочу радоваться, что могу изумить читателей, Но, чтобы подарить удивление и радость, всякий раз нужно изменяться. В частности, в произведении может быть что-то вроде: «Пожалуйста, поиграйте здесь, Хирага Гэннай, это любопытно». Но сегодня такое не годится для «бума». Мне одному может быть интересно внутри этого, но, если твоя цель - «бум», то эту цель так упустишь.
Можно тешить себя лично некими идеями, а к сорокалетию, пока еще не умер, насчитаешь сколько-то написанных книг. Тэдзука Осами прожил до смерти 60 лет как будто это 20 лет, и на каждые его 10 книг я могу написать 200 своих. Пусть даже идеи, отпущенные нам временем, ограничены по числу, мне и 200 книг будет недостаточно. С того момента, когда я понял, как много книг еще могу написать, я, хоть и слабо, но стараюсь выполнить это. В любом случае, если я когда-то вдруг перестану писать, я тут же умру.
Но возраст Кацусика Хокусая превысил 90 лет, и можно говорить, видимо, еще о годах дести жизни. Кацусика Хоусай несколько экстравагантный человек, соперничающий с молодежью, для которого обычным делом было сотворить что-то новое. Хочу быть таким же.

 ۞ Больше нет необходимости писать рассказы - «Последняя новелла»
Юмэмакура:
Итак, вот уже приблизительно 10 лет я пишу «Последнюю новеллу». Начав ее, когда уже нет необходимости писать что-либо, я временно призвал «Последнюю новеллу». Эра жанра новелл (小説 ), к сожалению, заканчивается. Мне хотелось бы написать сильнейшую в истории новеллу. Например, лучше, чем Мисима Юкио.
Если бы я сумел написать божественно идеальную, популярную новеллу, эта новелла навсегда определила бы мое положение, как писателя. Чтобы суметь ее написать, нужно использовать разные стили, я уже знаю эту методологию. Но, чтобы написать вещь в 10 000 или 1000 листов, нужно себе поломать около 10 лет жизни.
Допустим, я думаю, что этой новеллы не существует. Неродившаяся, она вдруг зарыдала колоколом, и чтобы она явилась в мир, есть один способ- подняться на самую высокую гору. Но что-то здоровья для этого не хватает. Эта самая новелла для современного человечества как сознательное преступление, если так продолжать говорить. На само деле, можно начинать отсчет для нее в этом году. В этом году я начал писать новое фантастическое произведение, и могу писать его еще лет десять.
Аоки:
Весело. Но, начав писать, вы можете и не закончить.
Юмэмакура:
Вот как. После того, как допишу «Последнюю новеллу», снова найдется, что писать. * смех *
Если мне придет заказ на «Последнюю новеллу», тогда предложу другое название. «Вернувшаяся последняя новелла» * смех * или «Контратака последней новеллы».



Примечания:
1.Когда перечисляются жанры, в которых Юмэмакура-сэнсэй пишет, в ряду имеется "рыбная ловля". Это не шутка. Он заядлый рыбак.
2. 逸勢 Тачибана-но Хаянари - посланец в Тан в 804-806 года, мастер каллиграфии, автор каллиграфического труда «Три кисти» (Сампицу).
3. 白楽天 Хакуракудзи/Хаку Кёи - танский поэт Бо Цзюйи.
4. "Хорошо бы задать этот вопрос господину Масанари." У меня подозрения, что Юмэмакура имеет ввиду имя, которым назвался Абэ-но Сэймэй в новелле про биву Гэндзё.
5. 平賀源内 Хирага Гэннай (1728-1780 гг.) - японский изобретатель, фармацевт, писатель.
6. 河合隼雄 Хаяо Каваи (1928-2007гг.) - японский психолог, родоначальник японского юнгианства, связывал терапию с буддизмом. Изучал вопросы японского языка и художественного творчества, создал множество сборников бесед с современными японскими литераторами.
7. 板垣恵介 Итагаки Кэйскэ - мангака, специализируется по боевым искусствам.
8. 宮沢賢治 Миядзава Кэнджи (1896-1933 гг.) - поэт и автор детской литературы, ярый приверженец учения Нитирэн.
9. Юриндо - огромный старый книжный магазин.
10. 星新一 Щиничи Хощи (1926-1997 гг.) - романист, писатель нф, "король коротких рассказов".
世阿弥 Дзэами (Дзэами Мотокиё) (1363-1443 гг.) - актер и драматург театра Но, автор учения об актерском искусстве.

@темы: фанфикшн, перевод, арт

Комментарии
2015-11-16 в 17:49 

королева Эллери
Эллери Куин?

URL
2015-11-16 в 17:51 

He Bi Shi
сердце - две половины луны, но темная сторона всегда больше|人間五十年
Гость, о, спасибо
я все голову ломала,что имеется ввиду

   

Onmyoji (Yin-Yang Master)

главная